ОТЗЫВЫ

Россия стоит на родниках. Животворные, светлые, как солнечный луч, прозрачные, как слеза ребенка, звонкие, как волшебная струна, они хранятся в недрах земных до своей поры, ждут своего часа, когда, словно подвластны неведомой силе, пробивают земную твердь. Вырвавшись на простор, они тихо играют серебряными струйками в тени, сверкают золотыми блестками на солнце. И люди идут к ним, чтобы утолить жажду чистотой первозданной, живительной влагой.

Гжель... Есть что-то загадочное в самом слове, в его необъяснимом происхождении. Есть тайна и в его символе - двухцветьи -белом и синем. Удивительное сочетание - небесная синь и земная белизна, как идеал чистоты и целомудрия. А может летняя синь озер и зимний снежный покров? Или что-то еще таинственное и непостижимое?! Всего два цвета, но какая гармония, какое излучение нетленной красоты и высокого благородства, чарующее и волнующее, словно Божья Благодать.

И совсем не случайно этим прекрасным именем <Гжель> был назван Московский, ныне Государственный академический театр танца, созданный и бессменно руководимый Владимиром Захаровым.

В сентябре 1988 года в Государственном Центральном концертном зале <Россия> состоялась премьера. Думаю, что не мне одному, а всем, кому посчастливилось присутствовать па этой премьере, она запомнилась на всю жизнь. Гжель, Гжель... Сказочная гжель. Песня задушевная, хорошая...

Открылся занавес, и на сцену, широко распахнув прозрачно-воздушные сине-белые крылья, выпорхнула группа очаровательных, безукоризненно стройных, со сверкающими солнечными улыбками русских красавиц. Какой-то свежий, неземной ветерок прошелестел над сценой и прошелся по залу, по сердцам зрителей, и зал не удержался, ахнул, гром аплодисментов прокатился из края в край и так же внезапно умолк. Люди, затаив дыхание, смотрели на чудо-грации, на нечто немыслимое и неожиданное. Исполнив свой танец, лебеди улетели, а на смену им, под новые мелодии, родные, русские, из наших народных песен, выходила одна группа за другой. То озорная <Хохломская карусель>, в которой участвуют в нарядных костюмах русские красавицы и стройные лихие молодцы: мелькают в <карусели> золотисто-красные одежды хохломской росписи, поражая яркостью, задором и весельем; то разноцветье Павлово-Посадских платков; то контрастные рисунки Палеха под мелодию песни: <Где живет твоя тайна, Палех? Тайна вечной твоей красоты?>. Радует глаз художественное многообразие народных костюмов, соединенных в гармонии с танцами, неповторимыми, но такими знакомыми и родными, подлинно русскими.

Костюмы представляют собой уникальную художественную ценность. Они неотделимы от танца, как танец неотделим от народной мелодии. Каждый танец - это шедевр, вершина хореографического искусства. Он наполнен огромным эмоциональным зарядом целомудрия и красоты, любви к своему истоку -народно-национальной традиции.

И на сцену выходит девичий хоровод в длинных зеленых платьях. Плавные движения, удивительная пластичность и грация в гармонии с задушевной лирической песней. Всплеск аплодисментов. А на сцене уж новая группа: девушки в малиновых сарафанах и парни в вышитых рубахах пускаются в пляс в озорном головокружительном вихре попурри из народных песен. Все

кружится и вертится в слаженном, четком ритме, все более сложными становятся технические элементы мастеров русского балета. Именно в этой части программы высочайшая техника танца соединяется с нарастающим эмоциональным напряжением зрителя, его восторгом, почти до слез, перед возвышенным и возвышающим.

Это качественно новая ступень в овладении глубинными пластами народно-национального духа средствами танца. Можно смело утверждать, что до Захарова народный танец занимал скромную нишу (фольклорные коллективы) в иерархии танцевальных искусств. И только ему удалось сделать русский народный танец высшим достижением балета как вида искусства. Примерно то же самое, что в XIX веке сделал Андреев с балалайкой - поднял ее на уровень оркестрового инструмента с универсальными исполнительскими возможностями. Такое под силу только самобытному недюжинному таланту на грани гения.

Своими корнями танец, как вид искусства, уходит в глубь истории. Он старше музыки и наскальных рисунков. Еще в языческие времена танец в виде хороводов был составной частью духовных обрядов и обычаев наших предков. Силой своего могучего таланта и необузданной фантазии Захаров наделил его животворной аурой, способной возбуждать благородные эмоции, возвышать и просветлять души...

Владимир Захаров - выпускник балетмейстерского отделения Ленинградского института культуры. Ленинград со своими художественными традициями в основном стал стержнем воспитания молодого человека и хореографа. В институте он получил настоящие знания в области хореографии. Его педагогами были замечательные мастера мирового признания: Елена Васильевна Ширипина, Вера Михайловна Станкевич, Борис Яковлевич Брегвадзе, Константин Федорович Боярский, Георгий Пантелеевич Конищев, Ксения Александровна Билль.

Быстро пронеслись годы учебы. И вот его, уже как молодого специалиста, знаменитый хореограф Ольга Николаевна Князева приглашает на практику в Свердловск, в Государственный Уральский хор. После окончания практики он уже в Куйбышеве -главный балетмейстер Государственного Волжского хора. Ему 22 года. Хотелось танцевать, но исполнительское начало заглушалось все возрастающей потребностью к творчеству хореографа.

Замысел создать свой, ни на кого не похожий творческий коллектив, возведенный на твердом исторически-традиционном фундаменте народного творчества, овладевает им с неумолимой страстью. Но, чтоб возвести этот фундамент, надо окунуться в гущу народную, тщательно изучить фольклор, песни и танцы от глубоких корней. Он совершает 38 экспедиций по деревням и селам России, знакомится с фольклорным материалом, с местными народными промыслами.

В 1986 году Захарова пригласили на должность главного балетмейстера Росконцерта в Москву. А в 1988 году - родился театр танца <Гжель>.

За короткий срок уникальный, единственный в мире театр народных промыслов завоевал международное признание и, если хотите, славу. Со своей концертной программой <Россия вечная> он выступал в 22-х странах. Ему, стоя, рукоплескали Австрия и Куба, Югославия и Япония, Китай и США, Италия и Египет, Германия, Мексика и другие государства. О <Гжели> с восторгом писала иностранная пресса.

Владимир Захаров поставил в театре <Гжель> более 60 хореографических композиций.

В последний год XX столетия театр <Гжель> удостоен звания <Академический>. Щедрый талант открыт для всех желающих. В 1998 году с целью знакомства с уникальным комплексом <ШКОЛА - ВУЗ - ТЕАТР> и работой кафедры хореографии Государственной академии славянской культуры по линии ЮНЕСКО приезжали 26 ведущих хореографов из разных стран мира во главе с художественным руководителем Лондонского Королевского балета.

Отрадно, что театр танца <Гжель> при Комитете по культуре Москвы активно поддерживает Правительство Москвы и Префектура Северо-Западного административного округа г. Москвы, и хочется верить, что с их помощью в районе Тушино на улице Свободы скоро широко раскроет двери просторный зал Московского государственного академического театра танца <Гжель> -неповторимого детища великого хореографа Владимира Захарова.

ИВАН ШЕВЦОВ, июнь 2001 г.