ОТЗЫВЫ

Зал переполнен. Ни встать, ни сесть. Моя высокая папаха выделила меня из жаждущих обрести почетное место гостей, и мне нашли свободное кресло, но я счел неудобным им воспользоваться, так как пришел в театр вместе с нашим уважаемым послом, и он оказался неустроенным. Наконец, нашлось вскоре кресло и ему.

Все это произошло в Египте, на концерте русского коллектива -театра <Гжель>, который состоялся в зале Каирского театра. Он прошел с триумфом, с триумфом от первого до последнего номера.

Египетский зритель не отличается шумным, открытым темпераментом. Да что там египтяне, рядом со мной сидела чопорная немецкая семья, и они не просто аплодировали, но восторженно <орали>, вскакивая со своих мест. Я был счастлив за ансамбль, за его создателя хореографа Владимира Захарова, счастлив за артистов, за наше искусство, за то, что в самом восприятии искусства- все друзья.

Меня концерт увлек не меньше тех, кто знакомился с творчеством ансамбля впервые. Костюмы потрясали. Блестящие головные уборы, старинные русские расшитые шитьем сарафаны и современные, отличные по выдумке сценические решения женских и мужских нарядов. А главное - что бы ни танцевали умельцы, какой бы номер ни показывали - все исполнялось безукоризненно.

В коллективе очень хорошо поставлена репетиторская работа, видимо, есть очень жесткий закон: требовательность и дисциплина, наличие школы в русском исполнительстве, позволяющие балетмейстеру осуществить свои замыслы. А замыслы у Захарова -один интереснее другого, а их воплощение - яркое, живое.

Веселые, задорные, грустные, лирические танцы сменяют один другой. И все, как у нас говорят, в <полную ногу>, с отдачей, уверенно, увлеченно. Зрители не успевают перевести дыхание. Концерт динамичен, стремителен и наполнен. Все молодо, красиво и чисто, что не всегда достигается в наших академических коллективах.

Особенно запомнился один номер, с самого начала поразивший неожиданным решением. В наших ансамблях уже нормой стали <трюки>. Не скажу, хорошо это или плохо, просто это стало обязательным. Все стоят в линию или чаще полукругом, хлопая или пританцовывая, а солисты показывают по очереди свою технику, как в переплясе. В номере у <Гжели> трюк заявлен сразу как начало танца. И... пошла пляска, вся пронизанная виртуозным мастерством артистов ансамбля, а оно у них, как говорится в России, отменное. Что ни солист - то технический феномен. Потому и сам танец называется <Виртуозы>.

Посмотрел программу - словно по России прокатился. А начале же всему - <Гжель>. Ее образ - открытие концерта, и кажется, что не сходит со сцены красота бело-голубой русской красавицы, потому что искусство художников, влюбленных в эту красоту, оживает в хореографии. Да, ансамбль <Гжель> оправдывает свое название. Об этом надо говорить и писать с чистой душой, открытой на красоту и добро. Рассказанное с такими добрыми глазами о дорогом и любимом нужно людям. Почему это дорого: потому что настоящее, потому что <Гжель> - это красота.

МАХМУД ЭСАМБАЕВ, Герой Труда, народный артист СССР, 
Лауреат Государственных премий, академик
 февраль, 1992 г.